+7 (915) 573-59-20 info@xn----7sbggftcagghwjeghpl3bh8p.xn--p1ai

Дуэйн Форрестер: «Учитесь улавливать тренды, меняющие поведение пользователя»

Не так давно руководство компании Microsoft, которая владеет поисковой системой Bing, обнародовало планы на очередной финансовый год. Ближайшие цели корпорации сведутся к разработке принципиально новых технологий и заметному упрощению интерфейсов. Вопреки многочисленным слухам, интернет-корпорация не рассматривает вопрос о продаже своего поиска и намерена в ближайшее время активно развивать важный для Microsoft ресурс.

О том, какие изменения уже реализованы в отношении Bing, и как с этим жить вебмастерам, владельцам сайтов и оптимизаторам, изданию Searchengines.ru рассказывает Дуэйн Форрестер (Duane Forrester), руководитель проектов команды Microsoft, которая отвечает за развитие поисковой системы.

Наш собеседник также является автором книги «Блог как способ заработать» (How To Make Money With Your Blog), которая была переведена на русский и издана в 2009 году. Еще одна его работа носит название Turn Clicks Into Customers («Превращаем клики в покупателей») – на русский язык не переводилась.

Дуэйн также является соучредителем некоммерческой организации для специалистов в области поискового маркетинга SEMPO. Ранее он участвовал в разработке сервиса «Средства веб-мастера Bing» и до сих пор регулярно делится со специалистами тонкостями работы над сайтом. Дуэйн — постоянный модератор форума searchengineforums.com, ведёт собственный блог. Его публикации можно увидеть во многих ведущих мировых изданиях, посвященных поисковому продвижению и интернет-маркетингу, а выступления услышать на всех самых значимых отраслевых конференциях. Наконец, Дуэйн – открытый к общению и яркий человек и большой любитель собак.

SE: Дуэйн, в каких странах поисковая система Bing особенно популярна, и на какие рынки планируете выйти в ближайшее время?

Дуэйн Форрестер: Мы по-прежнему сосредоточены на таких аспектах, как обеспечение хорошего пользовательского опыта и высокого качества и стабильности работы поисковой системы. Также мы стремимся и к устойчивому росту доли рынка Bing.com в США и по всему миру.

Веб-версия поиска Bing сейчас доступна в 46 различных странах мира. По данным на май 2014 года, месячная аудитория уникальных пользователей поисковой системы — свыше 292 млн. человек. У нас долгосрочная стратегия, и мы буквально восхищены тем, что перед нами поставлена задача создавать все больше и больше отличных функций и возможностей, завоёвывая признание пользователей по всему миру.

Одним из своих наибольших достижений последнего времени мы считаем то, что нам удалось вывести сервис Snapshot за пределы США. Пока он наиболее популярен в Великобритании, США и Канаде.

SE: В чём заключается принципиальное различие между алгоритмами ранжирования Bing и Google, и как попасть в топ-выдачи Bing?

Дуэйн Форрестер: Для начала развею ожидания многих владельцев сайтов: ни одна поисковая система не раскрывает деталей работы своих алгоритмов. А поскольку у нас нет доступа к информации о том, как работают алгоритмы ранжирования других поисковых систем, то детальное сопоставление становится невозможным.

Тем не менее, я могу с уверенностью заявить, что главной задачей Bing является предоставление пользователям качественных результатов в поисковой выдаче. Для вебмастеров это означает буквально следующее: нужно производить хорошее впечатление на всех посетителей сайта. Если вы инвестируете в качественный контент, хорошее юзабилити и вовлекаете пользователей во взаимодействие с ресурсом, используя социальные каналы, — то у вас есть все шансы занять достойные позиции в выдаче Bing.

В конечном счете, мы стремимся показывать пользователям именно такие сайты. Как результат, мы показываем в выдаче сайты с удобной навигацией, содержащие полезный контент, способный удовлетворить потребности человека в получении тематической информации. Ведь пользователи, довольные вашим сайтом, автоматически становятся довольными работой поиска Bing. Если же людям не нравится содержимое вашего ресурса, а мы будем показывать его им снова и снова – они разочаруются в работе поисковой системы.

SE: Сегодня трендом у европейских оптимизаторов становится разделение поискового трафика, входящего на сайт, правильно ли это?

Дуэйн Форрестер: Диверсификация трафика – своего рода ключ к успеху. Сегодня все те, кто хочет достичь успеха начинают все активнее использовать помимо других источников трафика поиск Bing и советуют делать это другим.

SE: В последнее время отраслевые профессионалы говорят об отмирании линбилдинга… Стоит ли SEO-специалистам отказаться от разработки стратегий наращивания ссылочной массы и переключиться на работу с социальными факторами?

Дуэйн Форрестер: Линкбилдинг по-прежнему остается полезным с точки зрения поискового продвижения. Ссылочное ранжирование все еще остается важной составляющей алгоритма. И все же, думать, о том, что механическое наращивание ссылочной массы позволит сайту пробиться на высокие позиции – не лучший вариант.

Привлекайте ссылки с ресурсов, которые впоследствии могут предоставить вашему сайту прямой трафик, привлекая заинтересованных пользователей. Используйте социальные медиа и вовлекайте в процесс взаимодействия с ресурсом состоявшихся покупателей, которые остались довольны вашим обслуживанием, они могут привести к вам дополнительных клиентов, оставляя ссылки на ваши продукты или услуги. Наконец, если контент вашего сайта уникален и интересен пользователям, то ссылки на него будут приводить к вам дополнительных пользователей.

SE: Какое значение алгоритмы Bing при ранжировании придают поведенческим факторам?

Дуэйн Форрестер: Хотя, напрямую мы не заявляем об этом, но вы все же можете быть уверены в том, что ваш сайт никогда не получит высоких позиций в выдаче, если поведение пользователей на вашем ресурсе укажет нам на то, что люди не удовлетворены его качеством. Как я упоминал ранее, мы не заинтересованы показывать пользователям в выдаче результаты, которые не удовлетворяют их.

SE: Сегодня Bing поддерживает шифрование через HTTPS. Yahoo и Google делают то же самое. Как теперь вебмастерам получить информацию о переходах на сайт из поиска по запросам?

Дуэйн Форрестер: В настоящий момент пользователи могут самостоятельно решать, применять им безопасный поиск или нет. При желании человек всегда может использовать протокол HTTPS для доступа к Bing. Основная идея концепции шифрования поисковых запросов заключается в создании гораздо более безопасной атмосферы для пользователей наших сервисов. Защита пользователей всегда была и остается главной целью нашей компании.

Безусловно, это несколько осложняет работу SEO-специалистам в традиционном понимании, и все же, даже не имея этих данных, можно успешно заниматься поисковым продвижением. В то же время, ряд компаний уже сумели успешно адаптироваться и движутся вперёд, используя другие не менее важные метрики для принятия необходимых решений.

SE: Представители поиска постоянно советуют вебмастерам использовать семантическую разметку, вы же в блоге Bing заявляли, что применение разметки не влияет на ранжирование сайта в результатах выдачи. Стоит ли вебмастерам использовать её, и на какие виды лучше обратить внимание?

Дуэйн Форрестер: Это правда, самом по себе размещение разметки на сайте не поможет ему ранжироваться лучше. Однако Bing поддерживает расширенные сниппеты, в которых отображаются рейтинги продукции, рецепты блюд или расписания показов фильмов в кинотеатрах. Истинная ценность использования семантической разметки состоит в том, что поисковая система лучше идентифицирует контент сайта с разметкой и самостоятельно извлекает эти данные для последующего добавления в расширенные сниппеты. Сайт, на котором семантическая разметка не использовалась, вынуждает поисковик самостоятельно «выуживать» данные для расширенных сниппетов со страниц ресурса, в итоге поисковая система не может быть на 100% «уверена», что правильно вычленила этот контент.

В настоящее время Bing поддерживает Schema.org и принимает участие в разработке этого стандарта. Алгоритмы поиска также способны распознавать и другие популярные среди вебмастеров разновидности стандартов семантической разметки – OpenGraph от Facebook, RDFA, MicroData и т.д.

Вебмастерам следует запомнить главное: используя разметку для контента на страницах сайта, они помогают поисковым системам лучше понимать содержание сайта и выявлять его основную тематическую направленность.

SE: А что сейчас происходит с длиной тега title в выдаче Bing: почему они такие короткие и неинформативные?

Дуэйн Форрестер: Просто отлично, что вы решали задать этот вопрос. Не так давно в блоге Bing мы опубликовали специальный пост, который призван помочь вебмастерам разобраться в данном вопросе.

В Bing разработан целый комплекс правил, рассказывающих о том, как соединить разрозненные кусочки информации на страницах сайтов и сформировать описания для сниппетов; вычленить содержание тега title; определить, ссылки на какие страницы отображать в результатах и т.д. Поисковой системе тяжело вмещать большие по объёму описания в ограниченное пространство сниппета, поэтому длинные описания в тегах title могут укорачиваться. Bing также умеет распознавать, какую именно информацию ищет каждый конкретный пользователь. Исходя из этого, в выдаче человеку будут транслироваться определённые ключевые слова, содержащиеся в описании в теге title.

SE: И еще немного о SEO: как Bing относится к сайтам из каталогов?

Дуэйн Форрестер: Мы абсолютно нейтрально относимся ко всем сайтам. Если в процессе сканирования поисковые роботы замечают новый контент высокого качества, который востребован среди пользователей, мы обязательно индексируем его и начинаем отображать в результатах поисковой выдачи.

Тем не менее, владельцам сайтов следует использовать все возможности для того, чтобы сделать своё детище отличным от других ресурсов похожей тематики. Простое дублирование описаний продуктов, которые содержатся на многих ресурсах, подобных вашему, не приведёт к успеху. Вам следует понимать, на каких продуктах лучше сфокусироваться, а затем начать генерировать большое количество контента вокруг этих продуктов и стимулировать вовлечённость пользователей во взаимодействие с этим контентом.

SE: Вам удалось разработать довольно оригинальный и привлекательный интерфейс обновлённой страницы выдачи – основная ставка была сделана на персонализацию контента. Что следует предпринять владельцам сайтов, чтобы их ресурсы лучше ранжировались в персонализированной выдаче?

Дуэйн Форрестер: Как и раньше, позиции в выдаче Bing, главным образом, зависят от качества ресурса. Мы хотим показывать такие результаты, которые бы действительно нравились пользователям. Персонализация не меняет этой установки, несмотря на все возможности, которые открывает перед вами активное взаимодействие с пользователями в социальных медиа. Если они делятся информацией о вашем сайте со своими друзьями, то эти друзья также начинают видеть в поисковой выдаче ссылки на соответствующие страницы вашего сайта.

В то же время, использование только одной этой тактики не гарантирует

Интервью Сергея Брина и Ларри Пейджа с Винодом Хослой на Khosla Ventures: самая полная версия

На ежегодном саммита Khosla Ventures CEO Summit сооснователи Google Сергей Брин (Sergey Brin) и Ларри Пейдж (Larry Page) дали масштабное интервью Виноду Хосле (Vinod Khosla), одному из основателей компании Sun Microsystems, венчурному капиталисту, предпринимателю по призванию. В ходе продолжительной дискуссии представители бизнеса обсудили широкий спектр вопросов, начиная с несостоявшейся продажи алгоритма PageRank выпускниками Стэнфорда крупным игрокам поискового рынка, и, заканчивая политикой и будущим интернета и технологий в условиях стремительно меняющегося мира.

Издание Searchengines.ru приводит полную версию панельного интервью, состоявшегося в начале июля 2014 года.

Винод Хосла: Не люблю, когда беседу начинают словами «сегодня наши гости не нуждаются в представлении», а потом сразу же переходят к представлению. Вместо этого я предлагаю Вам в начале разговора подумать о том, каким мог бы быть мир. Мир, в котором Ларри и Сергей в 1997 году согласились бы продать свою компанию. Расскажите нам о тех событиях.

Сергей Брин: Мы тогда разработали технологию, которую назвали PageRank. Пожалуй, стоило бы назвать BrinRank, может она бы лучше продавалась. Так вот, мы разработали эту технологию, которая была полезна для поиска. Сама по себе она не являлась полноценной поисковой системой, мы просто просматривали заголовки страниц и неплохо их ранжировали. Мы решили предложить нашу технологию поисковым компаниям. Может, вы помните эти названия — Infoseek, Excite, Lycos. Наибольший интерес проявляла Excite, и конкретно ты, Винод, как один из ее инвесторов. Думаю, ты помнишь наши долгие переговоры. В конце концов, руководство компании оказалось недостаточно заинтересованным в нашем предложении. Тогда был забавный эпизод, когда мы, четверо выпускников Стэнфорда, сочинили письмо Виноду, в котором говорилось: «Вообще мы не хотим продавать эту технологию, но если Вы готовы заплатить 1,6 миллиона долларов, то мы согласны». И через несколько минут нам приходит ответ: «Это куча бабла, но черт с вами, по рукам!». Похоже на Винода, как по-вашему? Через 10 минут, один из наших, Скотт, заходит в комнату с улыбкой до ушей. Разумеется, он подделал письмо, тогда к фейковым письмам относились попроще. Скотт решил, что шутка вышла очень удачной. Как мы знаем, сделка в итоге не состоялась, и мы начали строить свою поисковую систему.

Винод Хосла: Кажется, мы тогда обсуждали сумму в 350 тысяч долларов?

Ларри Пейдж: А вот это уже похоже на Винода!

Сергей Брин: Ты хочешь переиграть все? 350 тысяч, сейчас?

Винод Хосла: Мне тогда не просто было убедить руководство, что им нужно купить Google.

Ларри Пейдж: Думаю, ты имеешь в виду, что было непросто уговорить руководство выложить даже 350 тысяч, а нас — согласиться на такую цену.

Винод Хосла: Они считали, что им это не нужно. Но я не случайно начал разговор именно с этой истории. Каждую секунду в мире есть тысячи развилок, на которых все может повернуться в ту или иную сторону. Я действительно рад, что вы тогда не пошли на сделку, потому что мир мог бы стать совсем другим. И сейчас, оглядываясь в прошлое, я с уверенностью могу сказать, что очень расстроился бы, если Ларри и Сергей продали компанию, отказавшись от своей миссии изменять мир.

Ларри Пейдж: Это интересный момент, потому что мы отказались от сделки не из-за того, что не сошлись в цене. Не забывайте, что мы тогда были выпускниками, для которых обычным делом было пообедать буррито или чем-то вроде этого. Так что миллион долларов – это была серьёзная сумма. Мы не стали этого делать, потому что компаниям, позиционировавшим себя как поисковые, поиск на самом деле был не интересен. Было очевидно, что они не хотят покупать просто технологию, они хотели, чтобы мы работали у них. А мы думали: «Зачем нам работать в компании, которая не верит в поиск?» Ничего хорошего бы из этого не вышло. Именно в этом была причина того, что сделка не состоялась. Они просто были недостаточно заинтересованы в ней, и именно поэтому им тяжело было решиться потратить миллион долларов. Конечно, тогда это были большие деньги. Но для меня сама идея поиска была намного важнее. Я по-настоящему хотел сделать что-то в этой области, и непохоже было, что это получится в тех компаниях.

Винод Хосла: Удивительно, насколько сильно предприниматели смещают ориентиры, концентрируясь на краткосрочной прибыли. И это хороший момент, чтобы перейти к следующему вопросу. Большинство компаний рано или поздно разоряется, и я не имею в виду только стартапы. Если мы посмотрим на список S&P 500, то увидим — все больше и больше компаний уходят со сцены. Люди не могут понять, почему это происходит. Что должны делать крупные и мелкие компании, чтобы оставаться на плаву? Что нужно делать иначе, чем остальные, чтобы не повторить их судьбу? И что Google делает иначе, чем остальные?

Ларри Пейдж: По опыту общения со многими компаниями, большинство лидеров мыслят краткосрочными целями. Представьте себе, что Вы стоите во главе Exxon, самой дорогой компании на планете. И Вы хотите изменить мир к лучшему. Конечно, кто-то скажет, что от Вас один сплошной вред, имея в виду экологию и другие вещи. Но такая компания обладает массой возможностей – у нее есть производства и офисы по всему миру, связи в национальных правительствах, и это можно и нужно использовать. Конечно, если Вы можете мыслить на 20 лет вперёд. А если Ваш горизонт – 4 года, то Вам намного тяжелее. На что потратить эти 4 года, какие должны быть приоритеты? А ведь именно столько в среднем находится на посту генеральный директор компании из списка Fortune. У ежеквартальных отчётов есть свои плюсы, они держат Вас в тонусе и помогают сфокусироваться на прибыли и срочных задачах. Но мне кажется, что четырёхлетний горизонт делает невероятно трудным принятие решений, которые выглядят очевидными, если планировать на 20 лет вперёд. И вся система выстроена именно таким образом. Рано или поздно становится понятно, что твои решения приводят к негативным последствиям в долгосрочной перспективе – экологическим, социальным или каким-либо ещё. Большим компаниям трудно даются большие перемены, поэтому лидеры часто сменяются.

Винод Хосла: Может, каждый из Вас скажет пару слов о текущем положении дел в Google. Возможно, озвучите несколько критически важных задач, которые Google должен решить в течение следующих 15 лет? Какие области будут решающими?

Сергей Брин: Если бы существовали такие области, мы были бы, в каком-то смысле, очень уязвимыми. Существует масса возможностей широкого использования технологий для того, чтобы изменить мир и запустить успешное дело. Мы стараемся инвестировать в те отрасли, которые кажутся подходящими для нашей компании. Но это многие и многие вложения, и даже если лишь несколько из них окупятся, этого будет достаточно. Для меня как руководителя Google X, основная задача – это инвестировать во многие проекты, каждый из которых может вырасти в очень крупный. Думаю, мне не нужно тебе объяснять, что такое портфельные инвестиции. Так вот, некоторые из этих инвестиций окупятся. Какие-то из них связаны с нашими текущими проектами, а какие-то – нет. Например, есть проект по созданию беспилотных автомобилей. Я надеюсь, что он радикально изменит наши представления о транспорте, снизит необходимость в персональных автомобилях и парковках, решит проблему пробок и многие другие. Если это удастся сделать – мы будем счастливы. Но очевидно, что это рискованное вложение – есть множество подводных камней, как технических, так и с точки зрения законодательства. Но чтобы заниматься такими инвестициями, нужно верить, что часть из них будет успешной.

Винод Хосла: Ларри, может быть, ты назовёшь какие-то конкретные области, которые будут решающими для успешной деятельности Google в следующие пять лет? Те области, в которых хотелось бы избежать ошибок?

Ларри Пейдж: Для начала можно назвать Android, на который мы возлагаем большие надежды. Конечно, это и наши основные сервисы — поиск и все, что с ним связано. Мне кажется, что один из вопросов, возникающих у людей постоянно: «Что такое Google? Как у вас все так взаимосвязано?» И это очень интересно, если попытаться понять, что же такое поиск. Наша задача — понять смысл всего, что происходит в мире и структурировать информацию так, чтобы людям было удобно ей пользоваться. Дальше мы смотрим: «Множество запросов, так или иначе, связано с географией. Значит, нам нужно разобраться в географии». Следующий момент: «Много запросов касаются контента, которого мы не можем найти. И мы делаем книги». И так далее. Мы постепенно расширяем сферу наших интересов. Например, есть идея Google Now, состоящая в том, что Вам не нужно задавать вопрос — а сразу лучше узнать ответ. Это было бы здорово. Помните кнопку «Мне повезет!» — так вот, там была та же самая мысль, что Вы можете перейти к тому, что Вы ищете, минуя поисковую выдачу. Может, само название кнопки было бестолковым, но идея в основе была ровно та же самая. Мы считаем, что сейчас компьютеры ещё очень неэффективны и отнимают слишком много времени. Чтобы найти нужную информацию, приходится водить пальцем по экрану телефона. И, например, в движущейся машине это делать уже не так удобно. Количество времени, которое нужно потратить на то, чтобы получить информацию с помощью компьютера, пока непропорционально велико. Наша задача — решить эту проблему, и многие наши проекты направлены именно на это.

Винод Хосла: Кстати об этом, я знаю, что одна из областей, к которым Вы проявляете большой интерес — машинное обучение или, как говорили раньше, искусственный интеллект. Несмотря на большое количество разговоров, эта отрасль пока не оправдала возложенных на неё ожиданий. Что Вы думаете об этой технологии и о роли, которую она будет играть в будущем?

Сергей Брин: Так вот же, наша последняя разработка в этой сфере [показывает на Ларри]. Неидеальная модель, но неплохо справляется. А если серьёзно — в области машинного обучения у нас есть несколько проектов. Есть проект GoogleBrain, в основе которого лежит машинное обучение. Он может принимать на вход, например, визуальную информацию, и мы планируем использовать это как раз в беспилотных автомобилях. Но вообще он используется во многих наших сервисах. Есть и системы более общего назначения, например, мы купили DeepMind, который, теоретически однажды может стать полнофункциональной системой логического вывода. Конечно, учёные нам обещали это десятки лет назад, поэтому глупо было бы пытаться делать какие-то конкретные прогнозы. Но обернитесь вокруг — в мире полно доказательств того, что у нас получается делать «умные» вещи. Поэтому логично предположить, что рано или поздно, мы сможем делать машины, которые будут думать лучше, чем мы.

Винод Хосла: У нас в аудитории есть люди, предрекающие начало революции, вызванной машинным обучением. Машины приходят на смену людям в сельском хозяйстве, сажая растения и обеспечивая уход за каждым растением индивидуально, что недоступно людям. Машины автоматически делают гамбургеры. И так далее, вплоть до того, что машины заменяют юристов и даже докторов, психиатров, ЛОРов. Продолжать можно бесконечно. На смену людям всех профессий, от самых простых до самых сложных, приходят машины. И это немножко пугает. Я бы хотел задать ещё один вопрос до того, как мы перейдём к социальным аспектам технического прогресса. Мне кажется, что большая часть профессий, которые 

Александр Митник: «SEO — это не шоу с тиграми»

Можно ли раскрутить сайт за 3 месяца? Бывает ли бесплатное SEO? Что такое хороший сеошник? Где можно научиться SEO-технологиям? На эти и многие другие вопросы в подкасте Setup.ru «Как раскрутить бизнес в интернете» ответил Александр Митник, генеральный директор SEO-компании «А-М Studio» и руководитель обучающего центра CyberMarketing.

Итак, сначала поговорим о мифах SEO. Их три. И первый миф: SEO может заниматься каждый. Так ли это?

Их значительно больше (смеется). В общем, SEO, как и любым другим «видом спорта», наверное, может заниматься каждый. При определенной подготовке. Это совсем не значит, что достаточно прочитать одну статью и пару книжек, и ты уже готовый SEO-специалист. Этот опыт приобретается со временем. У большинства хороших SEO-специалистов на это ушли годы и была набита не одна шишка. Но отрасль достаточно молодая, все время развивающаяся. Выходит достаточное количество учебных материалов, книг, специализированные группы в соцсетях. Если человек реально настроен поднять свой уровень и самостоятельно заниматься SEO, то я не вижу причин, почему у него это не получится.

Тогда у меня встречный вопрос: почему тогда ощущается нехватка классных специалистов?

И у меня встречный вопрос: а в какой у нас области в стране наблюдается «хватка» высококвалифицированных специалистов? Проблема вот в чем: люди хотят схватить «верхушки» и получить результат. Никто не настроен на планомерную долгую учебу. На своих лекциях на кибер-маркетинге я слушателям обычно объясняю, что само посещение лекций еще не является поведенческим фактором, за который «Яндекс» или Google поставит вас высоко в выдаче. И даю простенькое домашнее задание — на сайте поставить кнопочку «Добавить в избранное» и написать мне об этом. Я получаю после семинара или лекции, где присутствовало 100-200 человек, 5-6 сообщений в соцсетях, что эту кнопочку поставили. Если люди не готовы сделать простейшее задание, то для большинства вся эта учеба — не более чем шоу. Владея материалом, они никак его не применяют.

Теперь перейдем к мифу №2: вывести сайт в ТОП с нуля за 3 месяца реально.

Да, конечно. Но что такое «вывести сайт»? Чтобы какая-то часть запросов оказалась в ТОП-10 поисковой машины «Яндекс» или Google. В свое время даже был такой сервис — «взлет ракетой», суть которого в том, что для любого сайта можно найти запрос, состоящий из трех, четырех, пяти-шести слов, по которым этот сайт будет находиться близко к ТОПу. Можно убедить клиента, что это очень целевой запрос, правда, низкочастотный, и набрать таких 2-3 десятка. При несложных манипуляциях, только с внутренней оптимизацией: прописать ключ в заголовке Н1, в тексте страницы, в тайтлах, то действительно сайт окажется в ТОПе. У «Яндекса» и у Google бывают периоды, когда когда появляется баг, но специалисты этих поисковиков очень быстро обнаруживают такие дыры и штопают. А если говорить о серьезном SEO, то речь идет о тех запросах, которые принесут коммерческий целевой трафик для бизнеса. Вывести сайт в ТОП сегодня за 2-3 месяца не представляется возможным.

И третий миф: бесплатное SEO существует.

Откуда берутся такие мифы? Недавно я посетил семинар компании «Анатомия SEO». Ребята честно сказали, что они не оптимизаторы, и просто расскажут, как они продвигали свой сайт agro-sos.ru. Они говорят о том, что вывести можно бесплатно. При этом их семинары стоят очень недешево, 15000-20000 рублей за 8-часовой семинар, в котором про SEO говорится часа два. Все остальное — красивое «шоу с тиграми». Оптимизируя контент на сайте, удается вывести достаточно большой блок низкочастотных запросов. Однако трафика с них недостаточно для стабильного ведения серьезного бизнеса. Поэтому, все-таки, мы вынуждены покупать ссылки, мудрить с поведенческим фактором, серьезно работать с юзабилити, сниппетами. К счастью, эти работы могут делать высококлассные специалисты. Ссылки можно купить с помощью сервисов. Тот же Seopult.ru, на ссылочных биржах TrustLink.ru, Sape.ru. Работать с поведенческими факторами сегодня только механики не удается. Чтобы продвигать белыми методами, чтобы сайт не угодил в бан поисковой системы, приходится много работать осмысленно. То есть, понимая, как формируется сниппет, чтобы улучшить поведенческие и кликабельность на выдаче, как работать с landing page, чтобы удержать клиентов на сайте, а не растить показатель отказников и как дальше вести клиента по сайту, чтобы он совершал целевые действия.

Скажи, а какими компетенциями в современных условиях должен обладать хороший SEO-специалист?

На мой взгляд, хороший SEO-специалист должен в совершенстве владеть языком HTML. Должен сочетать в себе навыки хорошего верстальщика, чтобы сайт был более френдли алгоритму поисковика. Я не говорю, что каждый сеошник должен сидеть и заверстывать сайт. Для этого есть специально обученные верстальщики, но понимать тонкости верстки он должен. Также базовые знания PHP, Java Script. Кроме того сеошник должен хорошо себе представлять основы юзабилити и представлять, как в белую «накрутить» тот или иной поведенческий фактор на сайте или на выдаче.

Хорошо. Тогда такой вопрос: за какой срок можно вывести в ТОП высококонкурентный сайт коммерческой тематики?

Если речь идет о низкочастотке, я думаю, 6-8 месяцев, чтобы вывести 60-70% запросов в ТОП и получить устойчивый целевой трафик. Если речь идет о высокочастотке, то при сегодняшнем алгоритме «Яндекса», я думаю, что год-полтора.

Можно ли как-то обезопасить себя и на этапе заключения договора определить, что люди, занимающиеся SEO, не совсем честны?

Нормальный договор о SEO-услугах должен включать пункт, что стороны, предупредив друг друга за разумный срок (2-3 недели или месяц) в любой момент могут прекратить действие данного договора. То есть, если клиента перестает устраивать сеошник, чтобы ему не нужно было «тащить» этот договор до конца года, проплачивая ни за что суммы, он имеет право отказаться от его услуг сейчас. Такой договор заставляет SEO-специалиста хоть какой-то результат показать быстро и наращивать его дальше, чтобы клиент не разорвал контракт. С другой стороны, такой договор позволяет и сеошнику, в свою очередь, распрощаться с клиентом, если он маловменяем и не выполняет те требования, которые ему ставятся в задачу.

Какие ключевые показатели эффективности, помимо позиций в выдаче поисковых систем, можно ставить перед исполнителем-сеошником? За что оптимизатор отвечает и за что нет?

Вот за строго привязанные позиции выдачи, что все будет, например, на 5-й позиции при сегодняшнем алгоритме ответить не получается. Это было возможно где-то до 2008 года, при старом алгоритме. В условиях самообучающегося алгоритма «Матрикснет» гарантировать точно позицию в выдаче невозможно. Если запросов очень много (сотня или даже тысяча), то 60-80% этих запросов можно гарантировать в ТОП-10. Либо это прогрессирующая цифра: в первые 3 месяца обещают 20% низкочастотки в ТОП-10. За последующие 6 месяцев еще 30% войдут в ТОП-10. Дальше речь идет о средне- и высокочастотке, что некоторый процент этих запросов тоже окажется в ТОП-10. Такая прогрессивная схема мне кажется очень правильной. Надо помнить, что позиции выдачи — это показатель, по которому удобно отчитываться. Его можно проверить с двух сторон, отчет прозрачный. Присылается файл клиенту, где видно, что и на каких позициях на текущую дату или за отчетный месяц. Он сравнил со своими данными. Понятно, что выдача персонализирована и возможны небольшие расхождения. Но я думаю, никто при расхождении в 3-5% процентов данных не будет сильно возмущен, если в целом запросы подобраны правильно, если идет целевой трафик, идут продажи. И второй очень важный показатель — это тот самый целевой трафик на сайт. Его тоже можно оценивать по количеству, по качеству, из нужных ли он идет регионов. Для этого есть счетчики. Любой заказчик, затратив полчаса-час своего времени, может такие параметры посмотреть.

Насколько актуальна сегодня идея, когда отчетным является трафик с поисковых систем, а не позиции выдачи? Мне кажется, единицам удалось это реализовать.

Тут проблемы возникают с отчетностью. Когда клиенту обещают трафик, надо жестко оговорить: с какого региона, чтобы вдруг не оказалось, что половина трафика китайская. Дальше надо оговорить, какие запросы мы не считаем целевыми. Понятно, что львиная часть трафика пойдет с той низкочастотки, запрашиваемой пользователями Интернета, которая в договор войти не могла. По одному запросу в месяц будет огромный хвост. Оценивая, запрос является целевым или нет, со стороны клиента при заключении договора должны быть проговорены стоп-слова. Например, запрос «скачать бесплатно» или «скачать реферат» не должны считаться целевыми. Обычно это выглядит так: клиенту показывают результаты работы за месяц, где видно, что сайт посетило 7000 человек. Дальше смотрим, с какого региона. В любом счетчике можно посмотреть, сколько из всего числа заходов было из нужного региона. Например, из интересующей заказчика Москвы и Московской области с понижающим коэффициентом было только 70% пользователей. Дальше клиент может посмотреть список запросов, по которым заходили. Те, которые он считает ненужными, вручную отфильтровать. В среднем это 5-12% ненужных запросов. Лучше ввести коэффициент 0,9 с учетом «шума». Обычно такая схема всех устраивает. Я считаю, что в трафиковом продвижении больше всех преуспел Константин Симаков со своим «Traffic Lab».

Существуют ли иные бизнес-модели в поисковой оптимизации. Например, удалось ли кому-нибудь использовать модель СPA в SEO, то есть оплату за действие человека, пришедшего из поисковика?

По модели CPA в SEO работать как раз не удается из-за невысокой порядочности большинства клиентов. Мои знакомые продвигали по этой модели сайт 5-6 лет назад. Они четко видели заказы, идущие через корзину. Их оплата росла примерно так: первый месяц — 20000 рублей, второй месяц — 30000 рублей, третий месяц — 40000 рублей. Все коррелировалось с кривой роста заказов. Четвертый месяц — 42000 рублей, пятый месяц — 41000 рублей, далее 39 500 рублей. Заказы продолжали расти на 20-40% в месяц. Почему так произошло? Дойдя до цифры в 40000 (примерно 1000 евро), владелец бизнеса решил, что этого хватит. А когда ему указали на большое число заказов, он ответил, что клиенты делают заказ в Интернете, а потом звонят и отказываются. К сожалению, нам так «повезло», что бизнес клиента, особенно интернет-магазин, далеко не прозрачен. Поэтому оценить, сколько там целевых действий, невозможно. Если платят за лиды, то есть за каждый заказ вне зависимости от того, обработали его или нет, то куда ни шло. Я таких моделей избегаю и считаю, что если люди хотят платить мне процент от прибыли, пусть возьмут меня в учредители. Другое дело, что я специалист по SEO, и цели быть соучредителем в чьем-то бизнесе у меня нет. Я делаю техническую часть, мы стоим на входе воронки продаж. А дальше существует телефонный звонок, общение с оператором, повторные продажи. И все это мы отследить не можем. Я наблюдал интересную картину в офисе одного из дилеров Merсedes в Москве: телефонный звонок в выходной день и сейл, беря трубку, говорит: «Где вы нас нашли? На сайте в Интернете? Вы знаете, я сейчас занят, перезвоните через 40 минут». Тут вся работа сеошника сводится «в ноль». Это не то что он сам съездил в компанию и договорился об оптовой партии мерседесов, например, в такси. Клиент, который хочет ку&#

Эмин Алиев: «У нас нет необходимости покупать внешние данные»

В мае 2014 компания Criteo открыла офис в Москве. Criteo является одним из лидеров в области рекламы performance advertising. Компания работает более чем с пятью тысячами клиентов по всему миру. В штате Criteo — около 800 сотрудников. Офисы компании, обслуживающие клиентов из более чем сорока стран мира, расположены в США, странах Европы и Азии.

О важности инвестиций в разработки; особенностях бизнеса компании; тонкостях создания самообучающихся технологий, специфике сбора данных для анализа аудитории и идентификации покупателей с редакцией Searchengines.ru беседует глава российского офиса Criteo Эмин Алиев.

До того, как присоединиться к команде Criteo, с 2009 по 2014 годы, Эмин возглавлял московский офис крупного итальянского агентства интерактивного маркетинга Buongiorno, впоследствии поглощенного американским инвестиционным фондом Francisco Partners и переименованного в Lumata. Команда Эмина отвечала за реализацию масштабных программ лояльности и CRM для российских мобильных операторов «большой тройки», а также за работу с крупнейшими рекламодателями, включая Procter&Gamble и Volkswagen Group.

Свою карьеру в сфере интернет-маркетинга Эмин Алиев начал в США в 1997 году. Позднее, в 2000, он получил диплом магистра в Университете Нью-Йорка, а в 2005 прошел в США сертификацию PMP, после чего разработал собственный мастер-класс по подготовке к экзамену на звание PMP.

За плечами у Эмина – более десяти лет опыта управления крупнейшими интернет-проектами с бюджетами свыше миллиона долларов в ведущих консалтинговых фирмах и digital-агентствах США.

В этом году Эмин Алиев примет участие в традиционной летней конференции по маркетингу Одессея, которая состоится 10 июля 2014 года в Одессе. В рамках мероприятия, организаторами которого выступают Яндекс.Украина и SearchEngines.ru, Эмин раскроет секреты предсказания повеления пользователей и идентификации одного человека на разных экранах.

SE: Эмин, в чём заключается принципиальное отличие рекламного бизнеса в России от аналогичной деятельности на Западе?

Эмин Алиев : Безусловно, задачи, которые диктует рынок, как правило, отличаются в разных странах. Но задачи, которые ставит маркетинг, обычно схожи. Маркетологи ищут способы увеличения целевого трафика на сайтах, а также увеличения показателей продаж и оптимизации стоимости конверсии.

Преимущество наших рекламных решений заключается в том, что они хорошо масштабируются во всем мире. Это дает нам возможность работать по заданным клиентами показателям в любой стране мира, вне зависимости от особенностей рынка.

SE: В конце мая этого года компания Criteo сообщила об открытии своего офиса в Москве, где вы стали управляющим директором. Какими вы видите главные цели российского представительства?

Эмин Алиев: Открытие московского офиса, ставшего центром управления всеми нашими русскоговорящими рынками, — волнующее событие для всех нас! Это важный шаг для дальнейшего упрочнения нашей лидерской позиции на рынке. Он также укрепляет наше стремление приносить пользу и быть еще более нужными нашим рекламодателям, площадкам и конечным потребителям. На этом быстро растущем рынке рекламодатели и площадки ищут оптимальные интернет- и мобильные решения, и наша цель – обеспечить им максимум поддержки и помочь расти еще быстрее.

SE: Какие решения в области аналитики предлагает ваше агентство?

Эмин Алиев: Начну с того, что Criteo не является агентством. Мы – глобальная технологичная компания, специализирующаяся в высокоэффективной цифровой рекламе, которая работает в режиме реального времени. То, что мы предлагаем нашим клиентам – это интегрированная высокотехнологичная платформа для полноценного управления кампаниями. Она включает в себя объединенную и удобную в управлении «панель приборов», а также ПО и набор сервисов.

Это позволяет автоматизировать большинство процессов в рекламной кампании. В результате мы снижаем уровень сложности и расходы, связанные с ручным управлением процессами и работой с множеством площадок. Такой подход предоставляет дополнительную выгоду по мере того, как рекламные кампании увеличиваются в цене и в сложности.

SE: Кто является для вас поставщиком данных по кросс-каналу? Каким образом анализируете данные?

Эмин Алиев: В отличие от большинства решений в традиционной интернет- и мобильной рекламе, самообучающиеся технологии Criteo создают и позволяют использовать огромное количество богатых, готовых к работе данных, которые применяются нашими собственными алгоритмами для идентификации покупателей и увеличения продаж наших клиентов при помощи персонализированной рекламы, которая создается в режиме реального времени.

Если коротко, то, благодаря детальному анализу анонимного поведения потребителей на сайтах наших клиентов, нам становится известно, в какой момент потребитель максимально готов к покупке продуктов или услуг. Это означает, что у нас нет необходимости покупать внешние данные, поскольку нам достаточно данных, которые мы собираем на сайтах наших клиентов. Это также означает, что мы очень много инвестируем в команду и в технологии. На сегодняшний день, около 40% наших сотрудников в глобальном масштабе – это инженеры, работающие над оптимизацией и постоянными улучшениями нашего «двигателя».

Чтобы было понятно, о чем идет речь: последняя, обновленная версия «двигателя» Criteo способна обрабатывать до 15 миллионов предсказаний в секунду и отвечать на запросы в течение 20 миллисекунд. Criteo записывает порядка 20 терабайт данных ежедневно, включая реальные данные о покупках онлайн.

SE: Планируете ли взаимодействовать с российскими площадками?

Эмин Алиев: В самом начале нашей работы в России мы покупали почти весь инвентарь при помощи технологий RTB. На сегодняшний день, RTB по-прежнему является важной составляющей нашей стратегии: глобально на RTB приходится около 50% нашего инвентаря.

В то же время, чем дольше мы работаем с локальным рынком, тем важнее становятся для нас прямые отношения с площадками. Поэтому, в течение уже довольно долгого времени у нас сложились и продолжают складываться сильные партнерские отношения с множеством крупных площадок в России. Мы постоянно ищем и подключаем новые российские площадки в качестве партнеров, а также углубляем существующие отношения.

На сегодняшний день, согласно данным Comscore, реклама наших клиентов уже достигла впечатляющие 68% охвата всех интернет-пользователей в России, и мы постоянно работаем над увеличением этого показателя.

SE: Недавно Criteo представила новую технологию персонализированной рекламы, расскажите о её работе подробнее?

Эмин Алиев: Мы анонсировали запуск этой технологии после трех лет кропотливой работы по улучшению «двигателя» Criteo. Наш «двигатель» включает в себя алгоритмы многоуровневого машинного обучения, предсказаний поведения пользователей и создания рекомендаций.

Все это масштабируется при помощи нашей собственной инфраструктуры ПО, которое дает возможность в реальном времени осуществлять сложнейшие операции на глобальной платформе. Поскольку в наши алгоритмы постоянно добавляются новые данные, и в то же время происходит обучение на существующих данных, аккуратность предсказаний и рекомендаций увеличивается с каждым новым рекламным показом. Эти технологии также включают в себя работу со ставками, позволяющую оптимизировать стоимость показов в реальном времени, а также оптимизацию креатива в динамичных баннерах.

Анонсированная технология намного превышает наши собственные предыдущие показатели результативности рекламы, поскольку она позволяет предсказать не только вероятность того, что пользователь кликнет на баннер, но и вероятность совершения покупки на сайте клиента. Это означает, что мы увеличили результативность рекламных кампаний клиентов на платформе Criteo без увеличения ее стоимости. Если говорить о конкретных цифрах, то увеличение результативности достигает 38%.

SE: Остается ли сейчас время на преподавательскую деятельность и на собственные проекты?

Эмин Алиев: У меня все еще получается находить время для преподавательской деятельности, и это замечательно, поскольку преподавание, в том числе, дает возможность получать очень интересную обратную связь и рождает новые идеи.

На собственные проекты времени уже не остается, но меня это не беспокоит: ведь работать в Criteo означает находиться в эпицентре событий, происходящих в быстрорастущей, высокотехнологичной компании, которая функционирует в сложном, но, по моему мнению, интересном сегменте цифровой рекламы.

Алексей Чекушин: «В ближайшие 2 года SEO-специалистам придётся потуже затянуть пояса»

Как изменилась ситуация на рынке SEO после частичного отключения Яндексом ссылочных факторов? Какие проекты имеет смысл продвигать по трафику, а какие – нет? Как сохранить партнёрские отношения со скептически настроенным заказчиком и убедить его в эффективности работы над сайтом? На эти и многие другие вопросы, волнующие читателей Searchengines.ru, отвечает Алексей Чекушин, руководитель отдела трафикового продвижения компании «Кокос».

Алексей закончил физический факультет МГУ в 2009 году, прошел курс обучения в Берлинском университете имени Гумбольдта. Его доклады можно услышать на конференциях по интернет-маркетингу. Также Алексей ведет школу SEO-аналитики, проводит мастер-классы, вебинары, консультирует различные проекты, публикует статьи по поисковому продвижению.

SE: Алексей, как вообще происходит работа с клиентом в «Кокосе»?

Алексей Чекушин: Клиентов мы напрягаем. Постоянно. Давим на них, требуем внедрения на сайт рекомендаций, образовываем в плане SEO. Работать по-другому просто невозможно – ведь во всех договорах, так или иначе, сумма оплаты пропорциональна достигнутому результату. А какой может быть результат без улучшения SEO-оптимизации сайта?

SE: А как строится работа по оптимизации сайта?

Алексей Чекушин: В работе над сайтом все весьма банально: семантика – структура – внутренняя оптимизация, ссылки. По желанию заказчика добавляется конверсионная оптимизация. Отличие «Кокоса» от других компаний заключается не в наличии каких-то «секретных» ступеней работы с сайтом, а в высокой квалификации оптимизаторов и уникальных внутренних SEO-инструментах, которых нет в паблике и у других агентств, занимающихся поисковой оптимизацией.

SE: Чем занимается руководитель отдела в компании «Кокос», ведет ли он сам какие-то проекты?

Алексей Чекушин: Чаще всего руководитель отдела «наставляет оптимизаторов на путь истинный». Отдельные проекты руководитель отдела ведет сам, но, как правило, берёт на себя небольшое их количество. В SEO тренер должен быть активным игроком, иначе он быстро теряет квалификацию.

SE: Как убедить заказчика в эффективности работы агентства?

Алексей Чекушин: Критерий эффективности довольно простой – нужно проанализировать объем привлеченных продаж. Эта метрика устраивает и нас, и заказчиков.

Противоречия, в основном, возникают в тех случаях, когда невозможно даже приблизительно померить объем приведенных заказов. Например, при работе с сайтами мебельных салонов, где многие покупатели не совершают заказы с сайта, а приходят в оффлайн-магазин.

SE: И как вы выходите из ситуации?

Противоречия мы разрешаем просто: садимся за стол переговоров с клиентом и обсуждаем новые условия сотрудничества. При этом стараемся, чтобы они были максимально привязаны к получаемому клиентом доходу по каналу SEO.

SE: Алексей, в каких случаях больше смысла нанимать агентство, а когда лучше создавать SEO-отдел внутри организации?

Алексей Чекушин: Вполне очевидно, что создание полноценного SEO-отдела внутри организации будет эффективнее, чем заключение договора с агентством. Вопрос только в цене и в соотношении затрат к полученному результату.

Создание собственного отдела поискового продвижения автоматически подразумевает под собой затраты на оптимизатора, а иногда даже на нескольких специалистов. Основные статьи расходов: заработная плата сотрудников отдела; налоги; расходы на содержание рабочего места; затраты на поиск и подбор специалистов, управление ими и обучение. Также придётся выделять бюджет на разработку собственных SEO-инструментов, ведь публичных совершенно недостаточно для нормальной работы. Все это в сумме обычно обходится в разы дороже, чем заключение контракта с SEO-студией.

Еще один важный момент – это «страхование рисков». Со студией вы можете заключить договор с оплатой «за результат». Если же вы создаёте внутренний SEO-отдел, то автоматически лишаетесь такой возможности.

SE: Каков, на ваш взгляд, процент специалистов в отрасли, действительно умеющих работать с системами аналитики?

Алексей Чекушин: По оптимистичной оценке — менее 5%. Но SEO-оптимизатору глубокое знание систем аналитики и не требуется, это удел специалистов по конверсионной оптимизации.

SE: Изменилось ли что-то в SEO после частичного отключения Яндексом ссылочных факторов?

Алексей Чекушин: Резко выросли требования к внутренней оптимизации сайта. Если раньше можно было «косяки в оптимизации подтянуть ссылочным», то сейчас такая возможность исчезла. Значительно вырос объем ручной работы, появилась потребность в принципиально новых SEO-инструментах, увеличилась роль конверсионной оптимизации.

SE: Какие факторы ранжирования сегодня являются наиболее важными?

Алексей Чекушин: Факторы ранжирования практически не изменились, но значимость их изменилась после частичного отключения ссылочного Яндексом. Теперь текстовые и поведенческие факторы стали гораздо важнее.

SE: Какие проекты можно продвигать по трафику, а какие – нет?

Алексей Чекушин: Продвигать по трафику можно любые проекты. Вопрос заключается не в том, какие «можно» продвигать, а в том — для каких сайтов такое продвижение будет эффективно. Например, в тематике интернет-магазинов бытовой техники нет никакого смысла биться за популярные ВЧ-запросы, поскольку они практически не дают увеличения продаж. И наоборот, запроси типа «такси» и «пластиковые окна» в своих тематиках могут привести много клиентов.

SE: Как добиться точности прогнозов по привлечению трафика и продаж?

Алексей Чекушин: Я про это весьма подробно рассказал на  в 2013 году.

Конечно, здесь необходима автоматизация работы с семантикой: чтобы сделать прогноз, нужно полное (или хотя бы репрезентативное) семантическое ядро. Для более-менее крупного сайта это десятки человеко-часов дорогостоящих специалистов. Автоматизация позволяет делать это менее чем за час.

SE: Каково реальное значение креативного контента в поисковой оптимизации?

Алексей Чекушин: «Креативный контент» — это следующая ступень борьбы за внимание пользователей. В онлайне он появился давно, просто термин был не на слуху. Для SEO он значит очень мало, ведь мы привлекаем на сайт пользователей, которые уже более или менее определились – что ищут. А вот использование креативного контента в SMM позволяет добиться положительного ROI.

SE: Поделитесь секретами создания уникального контента там, где это, как традиционно принято думать, невозможно?

Алексей Чекушин: Рассказываю главный секрет: не всегда нужно гнаться за уникальностью контента. Возьмем, например, iPhone 5s 32gb. Сколько сайтов его продают? Около 1000. А сколькими способами можно записать его технические характеристики? Одним. Значит, и для ранжирования «уникальное описание от 1000 символов» не будет значимым фактором.

Еще более жесткая ситуация в лекарственных препаратах. Там «самописный контент» запрещен законодательно.

SE: Что ждёт SEO-специалистов в ближайшие 2 года: к чему готовиться, и чему следует начинать учиться уже сейчас?

Алексей Чекушин: В скором будущем SEO-специалистам придётся потуже затянуть пояса. Рынок поисковой оптимизации стагнирует, и тому есть две причины. Первая – медленно, но верно наступающий кризис: денег у заказчиков становится все меньше и меньше. Вторая – резко ускорившаяся «каннибализация» выдачи поисковиками. В Яндексе после редизайна по многим популярным запросам первое место органической выдачи даже не попадает на первый экран.

Изучать специалистам нужно основы текстового ранжирования и коммерческие факторы. Причем начинать надо было «уже вчера». Значимость этих групп факторов резко возросла после частичного отключения ссылочного.

Сергей Брин — интервью на Code Conference

Сегодня на Code Conference прошло панельное интервью с Сергеем Брином, основателем Google и руководителем Google X. Сергей вышел на сцену в кроксах на босую ногу, много шутил и прекрасно выглядел. Вот выдержки из его часового интервью на сцене.

Об изменениях в Google

Google изменился, стало, может быть, не так весело, более серьезно, но корни и многие другие вещи, которые мы делаем, заключаются в том, что мы хотим изменить мир.

Про опасения Google

Снаружи, вероятно, люди действительно опасаются того, что Google знает очень много. Изнутри Google эти опасения непонятны. Правда, видимо, посередине — мы ощущаем большую ответственность перед нашими пользователями, вместе с тем многое, чего опасаются пользователи, находятся вне сферы нашего влияния.

Об отношениях с правительствами

В Китае мы постарались не уйти из страны совсем — мы продолжаем предоставлять услуги поиска китайским пользователям, реорганизовались так, чтобы уйти из-под влияния китайского правительства.

Откровения Сноудена были большим разочарованием. Кажется, что, когда во время холодной войны АНБ (NSA) вела наблюдение за ограниченным количеством лиц, среди которых были советские граждане, руководители коммунистических движений и так далее, это выглядело оправданно. Но сейчас, когда объектами наблюдения становятся практически все граждане, это выглядит немного иначе.

Мы много работаем над интернет-безопасностью. Мы начали это делать задолго до последних событий, сейчас мы шифруем межсерверный трафик, активно внедряем безопасность на пользовательском уровне.

О том, что Google знает всё

Да, мы знаем много. Это вопрос предосторожности, чтобы эта информация не была доступна и мы очень осторожно к этому относимся. С другой стороны — много кому доступна чувствительная информация — компаниям, которые выпускают кредитные карты. Вопрос в дальнейшем доступе к этим данным.

О privacy

Privacy — это ожидания, что определенные вещи, которые должны оставаться секретными, останутся таковыми.

Почему ты перестал быть CEO?

О, я перестал быть CEO? Я рад что многие вопросы, связанные с этим — административные, кадровые, менеджерские, — взял на себя Ларри, а не я. Я предпочел заняться исследовательскими проектами в Google X и очень рад этому.

О проектах Google X

Я не уверен, что могу говорить про все проекты. Ну вот, проект Loon — ведь даже в Калифорнии полно мест, где нет доступа к интернету. Так что это очень востребованный проект.

О Glass

Я использую Glass очень часто. Мы собираем сейчас много разного опыта от пользователей. Это более личный компьютер. Более, чем даже смартфон — с ним мы прошли большой путь, но даже для фотографии смартфон надо достать из кармана, а это уже барьер. Не уверен, что это будет пользовательским продуктом — нам предстоит еще много чему научиться.

О прототипе машины без водителя

Это прототип, мы сотрудничаем по нему с рядом автопроизводителей. В прототипе нет руля, нет педалей. Из соображений безопасности его скорость ограничена 25 миль/час, он снабжен сенсорами для предотвращения столкновений. В идеале, его задача — снизить нагрузку от частных автомобилей на общество, поскольку такой автомобиль будет доступен всем и не будет требовать инфраструктуры, которую требует частный автомобиль. Например, любой сможет через приложение вызвать такой автомобиль, сесть в него и приложением же указать, куда надо ехать.

Вероятно, в течение этого года законодательство позволит пользоваться такими автомобилями. В течение пары лет мы будем готовы к опытному использованию таких автомобилей в каком-то месте.

О требованиях ЕС удалять контент

Печально, что подобные требования имеют законную силу, но мы работаем над механизмом их реализации.

Фото: RE/CODE и Сергей Петренко